Александр Суровый
...в вечном познании себя и окружающего мира...


Вначале темные и непонятные оттенки окружающего мира, постепенно проявили свою тайну, раскрываясь и переливаясь разнообразными оттенками алого океана, который был непостижимо велик для моего маленького сознания. Беспредельно свободен от любых человеческих уз и многогранен в своем величии, что мне в будущем пришлось познать на своем горьком опыте.

У меня было ощущение, что я вышел в открытый космос и теперь дышал огненным вакуумом, что вначале заполнил мои легкие, вынуждая затаить дыхание, а после, проникая во все тело, завладел и моим мозгом, что разразился чередой неприятных ощущений, что сдавливали его в тисках боли.

Боль, как возможный факт моего, в некотором смысле, возвышения, напоминали мне, что я перешел красную черту, и теперь нахожусь в иной реальности, а та, в свою очередь, не спеша изучала меня, проникая всё глубже в недра моих забытых воспоминаний, которые потерялись где-то в глубинах детской памяти. Я вновь ощутил себя ребенком, что грезил космосом, хотя бы потому, что он являлся его домом родным. И так же, как и почти двадцать лет назад, пытался тщетно вспомнить, почему я оказался в этом умирающем мире, приняв облик человека.

Ответа не было, была лишь какая-то сокровенная печаль, что созерцала древность времен, уходящих за горизонт потерянных истин, что мне предстояло еще открыть. Но я не знал, как и зачем. За долгие годы я впервые ощутил себя ребенком, который смотрит на звездное, ночное небо, и пытается понять, почему? Почему он здесь?

Всё это время Наталья спокойно молчала, видимо, понимая бессмысленность каких-либо слов, а я завороженно смотрел на мир, не имеющий ни границ, ни как таковых форм, и даже длань времени была далека от него. Возможно, я бы так и сидел на диване, закрыв глаза, ощущая постоянно усиливающуюся головную боль, с замиранием сердца пытаясь объять необъятное, что, как откровение, стало бальзамом для моей уставшей души, но этот медитативный мотив был прерван резкой, но при этой многозначительной мыслью:

"Нам пора, любимый, твой мозг на пределе своих возможностей... Мы еще вернемся сюда не раз..."

Мы упали в привычную обитель наставницы, я узрел её светящийся лик, а после рябь черно-белых искажений разорвала цепь тонкого видения, и я выпал из сна наяву. Не веря своему открытию, я еще несколько минут сидел с закрытыми глазами, пытаясь вновь выйти на верхний план к Наталье, чтобы с ней поговорить о том мире. Но все мои попытки не дали никаких результатов, кроме того, что еще сильней заболела голова, а вместо небесных далей я видел лишь сумрачные очертания земного дна и местную чернь, что сновала где-то рядом.

В конце концов, совершенно обессиленный от своих попыток, я решил немного поспать, чтобы дать отдохнуть телу и просто прийти в себя. Объятия Морфея быстро окунули меня в бессознательность тонких миров, где я с удивлением лицезрел фантастические картины иных реалий.
Начало двухчасового дневного сна ознаменовалось картиной глубокого космоса, и летящим, крайне странного, даже по моим меркам, корабля. Это был не просто аппарат, это было живое и, видимо, разумное существо, во чреве которого находились существа. Я был одним из этих существ, внешне мы походили на людей, но на этом наше сходство с земным и заканчивалось.

Наши тела, равно как и сам корабль, состояли из некого подобия плазмы, которая переливалась от оттенков красного до желтого, мы, как и люди, имели половую принадлежность, так что вся команда состояла из нескольких пар, я же был одинок. Возможно потому, что являлся капитаном этого древнего и непостижимого космического исполина, что нес нас через звезды к маленькой планете, под названием Земля. По непонятным причинам вся моя команда спала, как в анабиозе, и лишь я один бодрствовал, постоянно находясь в мысленном контакте с разумом корабля. На этом первая часть обрывалась и начиналась другая.

Миллионы лет до нашей эры, я и моя группа находимся на Земле, кроме нас здесь еще несколько подобных групп, все группы образуют некий круг равных - коалицию, каждая из которых представляет свои определенные интересы. Мы наблюдаем и корректируем какой-то очень важный эксперимент. Где-то вдалеке я наблюдаю за поселением огромных многометровых, человекоподобных обезьян, они единственные представители потенциально разумной формы жизни, которая должна дать начало новому виду. На этом логическая цепочка обрывается, как в прочем, и вторая часть сна, и наступает третья.

Я и моя команда находимся на корабле, что покидает орбиту планеты, во мне застывает осадок от разногласий с другими группами, и ощущение, что мы все-таки были правы, что прервали участие в этом эксперименте, ибо по нашему обоюдному мнению - он полностью бесперспективен. На этом досадном моменте я и проснулся.

Пробуждение было тяжелым, ломило все тело, как будто я не спал эти два часа, а физически трудился, ко всему в придачу немного штормило голову. Но с другой стороны, я ощущал внутренний подъем, и некий посыл, что сегодняшний прыжок в верхнюю реальность приблизил меня к чему-то очень сокровенному, что наконец-то даст мне ответы на все мои вопросы.

Будто с похмелья, которого я никогда, в общем-то, не испытывал, встал с дивана и побрел на кухню, встал около окна и закурил. Я глядел на бесконечную суету города и размышлял о своем сне, пытаясь понять, что бы он значил. Вариантов было как всегда много, но все они не выдерживали никакой критики, кроме одного: он как-то связан с той реальностью, в которой я сегодня побывал, и чтобы разобраться, что к чему, мне нужно вновь погрузиться в сон наяву, чтобы встретиться с Натальей, и обо всём у неё расспросить. Но тело отказывалось что-либо делать, поэтому всё, что мне оставалось, так это погрузиться в очередную виртуальную битву, что я, собственно, и сделал.

@темы: мистика